Социология: общий курс. Учебное пособие для студентов высших заведений образования Украины

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

 

СОЦИОЛОГИЯ КАК НАУКА

Раздел 3.

 

ОСНОВНЫЕ ШКОЛЫ И НАПРАВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СОЦИОЛОГИИ

3.7. Неофункціоналізм

 

В научный оборот термин "неофункціоналізм" был введен в 1985 г. американским социологом Дж. Александером (род. 1944 г.). Этим термином обозначался направление в теоретической социологии, который считал что:

социологи в исследовании эволюции общества обязаны принимать во внимание все точки зрения различных социальных сил;

каждая из этих точек зрения выражает определенный аспект этой эволюции;

значительный заряд рациональности содержится в коммуникативной действия членов общества и его надо выявлять, а не принимать рационализацию социального действия за тенденцию самого исторического развития.

Неофункціоналісти рассматривают общество как исторически определенную социальную систему и конкретный жизненный мир, как інтерсуб'єктивну и первоначальную очевидную данность мира самих субъектов жизнедеятельности. Применение принципа коммуникативной рационализации жизненного мира к исследованию общества и первичных общественных проблем наиболее полно проявилось в творчестве немецкого социолога Юргена Хабермаса (род. 1929 г.), особенно в его работах "Теория коммуникативного действия" (1981 г.) и "Моральное сознание и коммуникативное действие" (1990 г.)

Исходным и центральным пунктом социологической концепции Ю. Хабермаса является категория "жизненного мира" (lebenswelt), которое происходит от феноменологической традиции. "Жизненный мир" определяется Ю. Хабсрмасом как нетематизований горизонт значений, который составляет основание жизненного опыта индивида. Внешние воздействия соотносятся с этой основой, противопоставляются ему,

сравниваются с ним. Этот горизонт знаний состоит из предварительного запаса знания, сосредоточенного в культуре и, прежде всего, в языке.

Целью теории коммуникативного действия является описание развертывания "жизненного мира" в эволюционной перспективе. Социальная эволюция, по Ю. Хабермасу, состоит в развитии позитивных способностей человека. Социальный прогресс видится ему прежде всего как развитие познавательных способностей индивида. Стержнем эволюционного процесса становится веберівська концепция рационализации, которая в современных условиях может быть адаптирована лишь критически.

Признавая необходимость системно-функционального анализа социальных явлений и процессов, Ю. Хабермас прослеживает повышение производительности капиталистической социальной системы за счет специфики совокупно-общественных функций, то есть за счет более высокого уровня дифференциации всей системы, а также за счет растущей ее склонности к кризисам. Модификацию общества, утверждает он, невозможно понимать только с точки зрения изменений в классовой структуре, как это делал К.Маркс. В современном обществе социальные противоречия теряют способность структурировать жизненный мир социальных групп.

Жизненные миры с повседневной коммуникативной практикой находятся в состоянии постоянного обмена с экономикой и государственным аппаратом через выполнение членами общества различных социальных функций, социальных ролей. Жизненным мирам необходимо противостоять постоянному давлению управленческо-административного аппарата, экономическому и административному вмешательству. Так, дело может дойти до радикальных социальных взрывов. Чтобы этого не произошло, по Хабермасу, надо использовать все возможные ресурсы общественной интеграции, в том числе деньги, власть, взаимопонимание и солидарность. Но последние не должны превалировать. Границы жизненного мира должна защищать политическая коммуникация, зрелость которой зависит от культурного капитала общества, накопленного обществом в ходе коммуникативной рационализации жизненного мира.

В процессе накопления культурного потенциала общества, что связано с его модернизацией, у людей растет и осознание, что сами члены общества должны решать, по каким нормам они должны действовать и взаимодействовать с учетом определенных принципов совместного существования.

С формированием морального сознания, которая управляется коллективно выработанными привычками, меняется образец социализации. Среди сложных ролевых ожиданий современной жизни, которые динамично меняются, становится сложнее руководствоваться готовыми распоряжениями в своем поведении. Поэтому мы вынуждены развивать способность строить индивидуальные жизненные проекты; главное в человеческой действия — определение человеком своего отношения к объективному миру и различий между самим действием и миром. Анализируя отношение действующего человека к миру, Хабермас выделяет в первую очередь стратегический аспект действия (действующая человек — объективный мир). В теории коммуникативного действия субъективный и объективный миры четко различаются. Поэтому в определении действия подразумевается стратегический норморегулюючий и драматургический аспекты, которые взаимодополняют друг друга.

В условиях реального существования многих действующих лиц, отмечает Хабермас, возникает проблема совместного преследования коллективных целей. С учетом этого факта необходимо по-другому ставить вопрос о регулировании совместной жизни.

• В прагматическом дискурсе (обсуждении) при решении тактических проблем в жизнедеятельности людей приводятся в соответствие собственные интересы с интересами других людей.

В этическом дискурсе определяется место для многообразия индивидуальных жизненных проектов в ходе отождествления себя с тем или иным коллективом.

В морально-практических дискурсах проверяется значимость и целесообразность нормативных заповедей и их соответствие настроениям людей.

Ю. Хабермас справедливо утверждает, что лишь инструментальное понимание практики (как реализация некой теории) несет разрушительные последствия для общества. Тому подтверждение — вся 70-летняя практика ленинизма. Открытые структуры коммуникации и препятствующих превращению авангардных партий в политически господствующие. В рамках правового государства официально признается государственным аппаратом необходимые для разумного формирования общественного мнения и воли коммуникативные формы, которые позволяют наиболее полно выразить и реализовать свои интересы практически всем социальным группам и слоям населения, то есть осуществить собственно народовластия, в направлении которого и идут сегодняшние развитые страны, замечает Ю. Хабермас.

Проблемы соотношения (противостояние) общества (как универсальной социальной системы) и человека (как целостной личности) рассматриваются в трудах Никласа Luhmann (род. 1927 г.) "Теория общества или социальная технология?", которая написана вместе с Ю. Хабермасу и опубликована в 1971 г., и "Социальная система" (1984 г.). Исследователь занимается решением вопроса о самоопис современного общества, совершенствуя разработанную им в 70-х гг. системную теорию. В этой теории он радикализирует функционализм Т. Парсонса, учитывая достижения социологов — феноменологів. В отличие от Т. Парсонса, Луман рассматривает социальные системы как более динамичные образования, которые возникают в процессе выработки определенного согласия между участниками взаимодействия по поводу их действий и переживаний. Поэтому социальное действие в той или иной социальной системе Луман рассматривает как событие для этой системы, потому что от каждого действия, которое действующее лицо соотносит с другими действиями в данной системе, зависит существование и развитие такой системы.

Общество как социальная система, за Луманом, на основе коммуникации выделяется из окружающего его мира и является операционально-замкнутой социальной системой. Оно выступает как единое образование благодаря своей отличия от окружающего мира, эволюционирует в процессе полного выделения окружающей среды и становится более дифференцированным и сложным. По типу дифференциации Луман различает:

сегментарное общество народов с архаичным укладом жизни;

стратифицированное общество с высокой общей и прежде всего материальной культурой.

В отличие от Т. Парсонса, Луман не связывает дифференциацию общества непосредственно с решением вопроса об адаптации его к окружающей среде, постоянно меняется, с выполнением социальной системой общества определенных функциональных требований. Высшей степенью эволюции общества в настоящее время является функционально диференціаційне общество, в котором четко выяснена отличие функциональных систем хозяйства и политики, религии и искусства, воспитания.

Прослідковуючи теоретическую логику в социологии, Дж. Александер справедливо заметил, что социальная наука развивается благодаря стремлению лучше понять эмпирическую реальность и увеличить концептуальные возможности. Новыми теоретическими возможностями предопределяется переход от одной теоретической концепции к другой. Известно, что теоретические построения структурные функционалисты 60-х гг.

отнюдь не могли конкурировать с более прогрессивными подходами феноменологів 70-х гг. Теоретические концепции последних лучше соответствовали потребностям разработки программ, организации и проведении эмпирических социологических исследований. Они смогли значительно потеснить структурные функционалисты в области теоретических изысканий. Однако, увлекшись собственными теоретическими концепциями, социологи — феноменологи "забыли" о достижениях своих предшественников. В условиях противоборства двух основных социологических школ Ю. Хабермае акцентирует внимание социологов на нераскрытых возможностях теории социального действия Т. Парсонса, которые, по его мнению, можно реализовать, отказавшись от абсолютизации системного подхода к анализу общества и обратившись к проблеме исторического становления противоположности социальных систем и "жизненного мира". А впоследствии, с учетом достижений феноменологии, начали корректировать, модернизировать свои теоретические позиции парсоністи (Н. Луман, Г. Міонх, Дж. Тернер, Е. Гидденс и др.) или, как их еще называют, "постпарсоністи". Характерной чертой социологии 80-х гг. было то, что неофункціоналізм стал единственным теоретическим направлением в социологии, который предложил новые, свежие идеи и сделал глубокие сдвиги в основах социологических дисциплин.

Описывая социальные системы, неофункціоналісти подают их не как многообразные варианты конкретных взаимодействий целостных личностей, а как предельные возможности таких взаимодействий. С подъемом центрального ядра функціоналізме до уровня общей теории быстро развиваются и эмпирически ориентированные исследования, расширяется область реконструкции функціоналістської метатеории, ревизия ее ортодоксальных форм, успешно решается вопрос преодоления разрыва между макро - и мікросоціологією, формируется новая социологическая парадигма. Сейчас можно говорить о конвергенции неофункционализма и общего движения в области социологического теоретизирования. Как отмечают известные украинские социологи А. Ручка и В. Танчер, неофункціоналізм оказался наиболее мощным направлением социологии XX в., в плоскости которого предложено немало новых концепций и одновременно отражает существенные сдвиги в современной социологии.